ЧЕТ БЕЙКЕР: ПРОНИКНОВЕННЫЙ
ЗАРА МИРЗАБЕКЯН 





Чет Бейкер был найден мертвым примерно в 3 часа ночи 13 мая 1988 года в Prins Hendrikkade (в районе Zeedijk) на улице под окнами своего номера на втором этаже гостиницы «Prins Hendrik Hotel» в Амстердаме (Голландия) . Поскольку не было обнаружено признаков борьбы, его смерть была расценена как несчастный случай. По всей видимости, он покончил с собой. Тело Бейкера было отправлено домой для погребения. На отеле была установлена мемориальная доска.

Он не целое, нет, он осколок, расколовшийся шар. «Эй, ребятки, вот он я, я надаю вам жару, смотрите, я перед вами, я пою». И в самом деле, кто, как не Чет, расскажет о времени, когда ему довелось быть. Хотя нет, невозможно, он просто не мог существовать. То, что смотрит на меня с портрета - беззубое чудовище или молодой красавчик - это раскаленный до предела нерв, зияющая рана, миф, сыгранный безупречно… Тебя нет. Чет Бейкер тем временем низко и медленно голосит своим юношеским почти тенором из приемника, проводя все, что можно, через сито. Все уходит, тонет, накипь отступает – одно только медленное журчание, водная гладь…. Дурманящее звучание... Далекое звучит, далекое растекается, сходится и снова расходится, замолкает. Его всегда слушают где-то там: любовники на среднем Западе, заигравшиеся придурки в баре, мексиканцы, хозяева повозок, покачивающиеся яхты, школьницы, застывшие у кухонных радиоприемников... Слушают и сейчас, и потом. Проникновенный, выходящий из недр голос, впрочем, голос - громко сказано, так попевание, но кажется, это оно - молчание в музыке. Молчание надежда, единственное, что у него есть, и он готов этим поделиться. Он знает, что это не к добру, что за это придется поплатиться, однако ни во что не верит. Одна композиция сменяет другую, молчание продолжается, потом усиливается, становится невыносимым. Вот оно.

Полное его имя Чесни Генри Бейкер. Написано что он американский джазовый музыкант: труба, фортепиано, вокал. Жалкий парнишка из штата Оклахома, красавчик, счастливчик , а по мне враль и пустозвон , но только он умеет так петь и играть, и только от него мозги пилит, и хочется, чтобы совсем уж не пел. Обреченный, он разносит музыку по домам, как подарок. Но жизнь любит его, он там, где жизнь, он принадлежит им, а они - ему. «Каждый раз я играю как в последний раз. Уже много лет. Мне немного осталось, и очень важно, чтобы те, с кем я играю — кто бы это ни был, — видели, что я отдаю все, что у меня есть. И от них жду того же. Мне нравится играть, я люблю играть. Наверное, я для этого и родился». Он принадлежит тем, кто хлестает из него жадно, до дна. Он как греза земная в вечере удавшегося дня. Но он один, наркотики, кокаин, героин… ничего не помогает, только тишина музыки. Вот она, твоя тишина, не уходи, слушай ее.

Представляю одного из моих самых любимых джазовых музыкантов - Чета Бэйкера.
Он один из ярких представителей эры кул-джаза. Услышав Майлза Девиса, он понял, хочу так играть, это я.
По ту сторону Атлантики есть новый Бодлер и Эдгар Аллан По, этакий Чет Бейкер, в то же время слишком американский - с выжженными волосами, с американским голосом и американскими манерами во всем. Самый прекрасный американский плач века . Европа любит его как новый символ, и, тем не менее, драки, аресты, выдворение из разных стран , наркотики , тюрьмы.
«Тебе не надоело все это», - спросил как-то приятель. «Я люблю только музыку, все остальное ерунда». «Да нет, я имею в виду другое». «Другое, - усмехнулся Бейкер, - о другом я вообще никогда не думаю».

Смерть - это позор , мало кто не опозорен в смерти , стыд .Чет лежит где- то с выбитыми зубами, живой после уличной драки , не похожий на себя. Потом ему удается подняться, и он бредет куда-то. Мало, кто сейчас и потом способен будет узнать его в этом уличном бродяге, или захочет это сделать, так что на сей раз он в этой схватке выигрывает. Выигрывает у жизни смерть.

Жизнь, это наполняющее счастьем и уходящее, приходящее звучание, как течение его голоса в магнитофоне. Его голос тут и он будет звучать медленно. Что же нужно, чтобы отдаться тем, кто тебя любит, или вернее, кого любишь ты, и как можно любить так сильно эту свою гребанную святую страну, и это время. Все то, что так яростно составляет мозаику его дней. Однако сейчас тут он сиротливо бредет один, его нет, есть только те, кто его слушают. Его жизнь напоминает безотчетный рассказ о них, а музыка как выгребание из всего этого. Бесполезное занятие.

В середине 50-х этому «золотому мальчику» пророчили триумфальноe восхождение.

Саксофонист Чарли Паркер сообщает трубачу Майлзу Дэвису: «На Западном побережье появился маленький белый котик, он съест тебя с потрохами». Чет был гений, но он не был велик как, к примеру, Майлз, Он играл, оставаясь в рамках кул-джаза, он уходил в него целиком, развивал гармонию, экспериментировал, вдавливался, потом возвращался. Возвращался с изуродованным лицом, стареющий. "Домой возврата нет" - пишет, увещевает Томас Вульф… Хоть домой и не вернешься, ты - дом для каждого из нас в нашем будущем. Другого пути нет.

Его хочется слушать и слушать, созидательная сила вечно зеленых простых мотивов и усложненное гармоническое мышление синтезом живут в нем. Впрочем, это есть и модерн -джаз, когда гармония преобладает, а мелодический план вторичен. Поэт прославлял то, что видит. Все, что движется, шуршит и уходит, должно быть воспето. Гармонию и ощущения формы модерн -джаз ставит превыше всего.

Звуки временами усложняются, временами текут как ручьи. Есть слепое повиновение мальчишки вкусам времени, хотя законодателем этих самых вкусов, он в чем-то сам и явился. Белые обтягивающие майки, черные обтягивающие брюки, идол 50 - 60 – х века прошлого. Протяжный голос и что-то юношеское, совсем детское, знакомое каждому американцу. Голос прилежного школьника и в то же время идущее из глубин оно. Как смог он так глубоко забраться?! Феномен Чета Бейкера в его ясности и несколько пафосном надломе. Он уловил это в воздухе и вдохновенно облачился в это. Образ настолько соединился с ним, что стал неотделимым. Истерия, царившая вокруг, была неописуемой. Сейчас в это трудно поверить, но было время, когда толпа истово верила в своих кумиров, и в этих коротких мгновениях сходилась некая очистительная сила, не присущая нашему времени. Быть может это и заставляло музыкантов творить. Джаз сегодня перекочевал исключительно в элиты, потеряв что- то очень дорогое, в массовой культуре же царит атеизм, слушать и отталкивать - новая формация зрителя слушающего, даже фаната .

Критики от джаза или, пишущие о нем, считают, что истинный Чет - это несколько поздних альбомов фантастического уровня мастерства. Когда мастерство выходит за рамки всего дозволенного и служит уже чему-то как богам, или само себе. Мне это кажется ошибочным. Поэт трубы Западного побережья, слагающий стихи, и меланхоличный певец - пророк на празднике, люди верили ему, Впрочем, они поверят и сейчас , стоит только спеть или сыграть так, как спел или сыграл бы сам Чет .

Как он мог так поступить ? Вставные зубы помогли впоследствии вернуться на сцену, но с другим звучанием, Для трагического поэта трубы , как его окрестили, это было важно. Он вернулся силой, это был риск , Чет умел подводить. Музыкальные пробелы во времени и проблемы технические, к тому же уже мягко, не красавчик, подзабытый. Однако тогда в 73-ем Нью- Йорк ликовал, к ним вернулся Чет Бейкер. Белая надежда джаза. Он многое перепевал, интерпретации менялись в зависимости от времени. Но это не мешает, в этом истинный Чет.

Европа всегда любила американцев и Америку, несмотря на аресты, тюрьмы Чет по существу остался там навсегда. В этом слабость . Кто верит таким страданиям? Я не верю ."Великий Гетсби" Френсиса Скотта Фицджеральда многие называют лучшим произведением автора. Символ крушения американской мечты и в то же время утверждение американского романтизма , непревзойденного по духу написания и жажды существования, царившем среди масс. Многие говорят что это джаз в литературе. Сложно поверить что Гетсби лишь герой, так же сложно поверить, что будто уже поздний Бейкер не герой, а живой. Я закрываю главу, которую пишу, и тени тонут. Ощущение счастья, пойманного, быть может мимоходом, где-то на Лонг Айленд, пропадает, лампа затухает. Play. Тот, кто протяжно звучит сейчас, ушел в небытие, но в своем коротком земном пути он пел вместе с теми, кто слушал его. Быть может, ему повезло, а может они уничтожили его. Многие вчерашние музыкальные звезды забыты, Чет же, оставаясь воистину культовой фигурой, не забыт, он сохранил островок, ни сегодня, ни вчера никому не принадлежащий. И оттуда несется, извивается, тонет, молчит его голос, Я выбираю простые, но гениальные в чем -то мелодии, которые перепели и сыграли все, кому не лень, от Синатры и Майлза до … Но именно Чет, на мой взгляд, любит их больше всего, истинно любит, и я их люблю вместе с ним , в моем сейчас, завтра и через неделю.

My fanny valentine
Sweet comic valentine
You make me smile with my heart.
ПУБЛИКАЦИИ
934 reads | 28.07.2014
avatar

Մականուն:
Գաղտնաբառ:
Copyright © 2017 Diplomat.am tel.: +37491206460, +37499409028 e-mail: diplomat.am@hotmail.com