«РАДУЙТЕСЬ, АФИНЯНЕ, МЫ ПОБЕДИЛИ», – СКАЗАЛ ОН И УПАЛ ЗАМЕРТВО
АРМАН НАВАСАРДЯН
чрезвычайный и полномочный посол






Греко-персидские дипломатические переговоры потерпели окончательную неудачу. Собственно, персидская сторона вовсе и не имела намерения придать двусторонним отношениям добрососедский характер. Она предпочитала говорить с греками на языке силы. А когда бряцает оружие, дипломаты молчат.

Итак, 480 год до Р.Х. Август. Особые (экспедиционные) войска Персии с берегов Киликии направляются к Греции. Шестьсот военных кораблей, развернувшихся веером, рассекают воды Эгейского моря вдоль островов Самос и Эвбея с двадцатью пятью тысячами тяжеловооруженных пехотинцев, конницей, вспомогательными войсками, большим количеством провианта и питьевой воды. Военачальниками были коварные и лицемерные сатрапы Мидии Датис и Сардес, кузен царя Артафрена. Последний особенно прославился своей жестокостью, хитростью и мздоимством. Сопровождал войска и давал советы печально известный Гиппий, который пятьдесят лет назад, будучи тираном Афин, едва избежал народной расправы, нашел пристанище в Персии и служил царю царей. Предательство было не единственным грехом Гиппия, он, по всей видимости, страдал сексуальной необузданностью и предавался инцесту. Иначе как объяснить, что накануне похода ему приснилось, что он якобы спит с родной матерью. Этот сон он истолковывает так: вернувшись в Афины, он завоюет власть и скончается в своей стране, дожив до глубокой старости. Отметим, что ему было восемьдесят лет, когда он видел подобные отвратительные и болезненные сны и жаждал власти.

Персы взялись прочесывать острова Эгейского моря. Они завоевывают остров Наксос, который девять лет назад оказал им героическое сопротивление. Город, святилища были сожжены, и пленены те, кто не успел скрыться в горах. На остальных островах мужчин зачисляют в персидскую армию, а чтобы они не сбежали, их детей берут в заложники. Не покорились персам жители острова Каритос, поэтому были преданы огню и мечу и уничтожены. Яростное сопротивление врагу оказал город Эретрия. Шесть дней его жители отбивали атаки врага и долго бы еще продержались, если б два негодяя, между прочим, почетные граждане Эретрии, не указали персам уязвимое место в городских воротах. В течение всей истории эллинов предательство и патриотизм всегда шагали бок о бок, рука об руку.

Расправившись с населением большинства островов, персидские войска сошли на берег равнины Марафон, что северо-восточнее Афин. Дорога на Афины была открытой, оставалось только на несколько шагов двинуть опьяненное победой войско на юг и затем на кораблях обогнуть мыс Сунион. И тогда столь вожделенные высокомерные Афины, попав в «клещи», на коленях будут молить персов о пощаде. Над сказочно красивым полисом нависла смертельная опасность. Народное собрание забило в набат: «Родина в опасности! К оружию!»

Все граждане владеющие оружием, поспешили в Марафон. Однако основная ударная сила греков была малочисленной – всего десять тысяч людей. Десять тысяч против двадцати пяти тысяч. Однако не забудем, что речь идет о сильнейших воинах античного мира – тяжелой пехоте гоплитов, которые, подобно спартанцам, либо побеждали на поле брани, либо погибали, отправив на тот свет несколько вражеских воинов. Однако вновь проявилась свойственная грекам этнопсихологическая черта: воевать или не воевать? Десять полководцев (стратегов) расходились во мнениях. Талантливый полководец Мильтиад требовал перейти к активным и решительным действиям. Руководствуясь данными военной разведки, он настаивает на том, что ситуация самая подходящая для контрнаступления. А персы начинают хитрую игру. Они стараются отвлечь внимание эллинов: тайком погружают на корабль конницу, якобы для отправки в Афины, а пехоту оставляют в Марафоне для сражения на суше. Мильтиад, просчитав шаги неприятеля, пришел к заключению, что персы, разделив армию, допустили судьбоносную ошибку. Это был поединок умов: кто кого? Его результат решал исход сражения. Мильтиад настаивал на незамедлительном наступлении, завтра было бы поздно. Видимо, этот момент и определил дальнейшую судьбу Эллады. Выбор момента архиважен. «Вчера было рано, завтра будет поздно. Сегодня», – сказал Ленин и погубил огромную российскую империю.

В конце концов военный совет выразил свое согласие. Мильтиад, который в соответствии с установленным для полководцев порядке выполнял в тот день функции главнокомандующего, взмахнул рукой и, указывая в сторону персов, громогласно крикнул: «Возьми их!»

То, что произошло потом, можно увидеть только в широкоэкранных голливудских фильмах. Атакуя по всему фронту, афиняне направили главный удар на центр персидских войск. Невзирая на ливень свистящих стрел, затмивших небо, греки вначале оттеснили персов и углубились в их ряды, а затем стали медленно, постепенно отходить, уступая натиску прибывших на помощь с восточных пустынь воинов-саков, которые одним взмахом топоров рассекали железные шлемы. Персы не поняли хитроумный и проверенный маневр греков, а когда поняли, в чем дело, было уже поздно. Два фланга эллинов медленно сблизились и соединились в тылу персов. Цепь замкнулась, и оказавшиеся внутри попали в «мясорубку» афинян. Вырвавшихся из окружения персов, которые в панике пытались бежать к военным кораблям, греки добили на берегу или в воде как тюленей. Мало кому удалось избежать смерти. Долину Марафон и побережье впоследствии назвали «бойней». В сражении персы потеряли 6400, а греки – 192 человека. Греки захватили семь военных кораблей, остальные вместе с конницей смогли вырваться в открытое море.

Спустя некоторое время греческая разведка доложила, что в горах Пентеликона замечены световые сигналы, которые, по их мнению, передает своим кораблям засевшая в Афинах персидская пятая колонна. Командующие армией пришли в ужас: ведь Афины остались без защиты, а там их жены, дети, родные и близкие. Нужно было как можно скорее прийти им на помощь. И греческое войско в десять часов утра покинуло Марафон. Всю вторую половину дня афиняне бегом добирались до дома, одолев двадцать шесть миль. Известный французский ученый Мишель Бреаль, основываясь на этом факте невероятного марш-броска, в 1896 году предложил ввести в олимпийские игры марафонский бег. Мишель Бреаль утверждал, что воин Фидиппид, первым прибежавший в Афины с вестью о победе, произнес: «Радуйтесь, афиняне, мы победили!». И упал замертво.

Подоспевшее войско успело занять позиции до того, как на горизонте показались военные корабли неприятеля. Однако они не вошли в гавань и, пробыв несколько часов на подступах к ней, подняли якоря и взяли курс на восток. Афины были спасены.
ДИПЛОМАТИЧЕСКИЕ БЕСЕДЫ
2190 reads | 16.05.2013
avatar

Մականուն:
Գաղտնաբառ:
Copyright © 2017 Diplomat.am tel.: +37491206460, +37499409028 e-mail: diplomat.am@hotmail.com