ТЕГЕРАНСКИЙ САММИТ: ПЕРСПЕКТИВ МНОГО, НО ПРОБЛЕМ НЕ МЕНЬШЕ
АНДРАНИК ОГАНИСЯН
Студент РАУ, ЕРЕВАН






На фоне обострившегося противостояния между Ираном и Соединёнными Штатами, а также их ближневосточными союзниками, в частности Саудовской Аравией и Израилем, в Тегеране состоялась трёхсторонняя встреча президента РФ Владимира Путина, президента Ирана Хасана Рухани и президента Азербайджанской Республики Ильхама Алиева. Несмотря на то, что тегеранский саммит имел трёхсторонний формат, основное внимание изначально было сфокусировано на двустороннем формате РФ-Иран, чему поспособствовали ряд международных факторов. Так, президент РФ В. Путин стал первым лидером мировой державы, который посетил Тегеран после пересмотра Вашингтоном своей внешнеполитической стратегии в отношении Ирана, и ужесточения санкции против Тегерана.

Во время тегеранского саммита было затронуто множество вопросов, которые имеют не только региональный, но и глобальный характер. Выделим наиболее важные вопросы, которые были подняты главами трёх государств на данном саммите:

1.    Проблемы безопасности в регионе и борьба с терроризмом;
2.    Военно-техническое сотрудничество;
3.    Судьба иранской ядерной сделки;
4.    Перспективы МТК «Север-Юг» и экономическое сотрудничество;
5.    «Каспийская проблематика»


Одной из наиболее важных тем на прошедшем саммите было обсуждение проблем, связанных с региональной безопасностью, в частности, борьба против террористического государства «ДАИШ» и поствоенное устройство Сирии. Лидеры Ирана и России подтвердили свою приверженность договорённостям, которые были достигнуты в Астане. Напомним, что с мая, по договорённости «тройки» и Сирии, в стране созданы четыре зоны деэскалации. Москва и Тегеран, совместно с Анкарой, выступают гарантами действующего в большинстве частях Сирии режима прекращения огня между правительственными войсками и группировками умеренной вооруженной оппозиции. Однако, несмотря на столь тесное военно-политическое сотрудничество, между Москвой и Тегераном существуют ряд кардинальных разногласий относительно урегулирования сирийского конфликта. Москва, как минимум, не препятствует сирийским курдам в отстаивании их права на создание широкой автономии в составе Сирии, а в некоторых вопросах РФ оказывает даже поддержку последним.

Так, Москва считает необходимым подключить курдов к Конгрессу национального диалога Сирии (Конгресс народов Сирии), отводя последним немаловажную роль в послевоенном устройстве Сирии.  ВКС РФ не наносят удары по «Сирийским демократическим силам» (СДС) в провинции Дейр-эз-Зор (северо-восток Сирии). Помимо «Курдской проблемы», недовольство Тегерана в отношении Москвы, по понятным причинам, наблюдается в сотрудничестве между Москвой и Тель-Авивом. ВВС Израиля наносят ракетные удары по объектам и позициям сирийских войск на юге Сирии, а Москва даже не стремится как-то препятствовать этому. Помимо всего вышеперечисленного, необходимо помнить, что РФ и ИРИ являются конкурирующими державами за региональное доминирование. Данная тема всё меньше афишируется, однако иранские военные в последнее время ограничили координацию действий с российскими коллегами «на земле» в Сирии, стремясь сфокусировать РФ «на воздухе», претендуя на доминирующие позиции в составлении и реализации планов при наземных боевых действиях.

Однако разногласия по сирийской проблематике не мешают данным странам активно развивать военно-техническое сотрудничество (ВТС). Российская Федерация является ключевым партнёром Ирана и Азербайджанской Республики в данной сфере. По результатам же прошедшего саммита страны подчеркнули необходимость повышения координационной деятельности спецслужб и правоохранительных структур трёх стран, обмен данными о деятельности международных террористических, экстремистских организаций, бороться с наркоторговлей, транснациональной преступностью, пресекать попытки транзита боевиков через территорию стран-участников тегеранского саммита.

Конечно, одной из главных тем саммита стала судьба иранской ядерной сделки. Напомним, что 13 октября президент США Дональд Трамп заявил о желании Вашингтона модифицировать договор или выйти из соглашения. Президент ИРИ Х. Рухани в разговоре с российским президентом В. Путиным отметил «эффективную роль Москвы в защите Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД) по ядерной программе Ирана», который с большим трудом был достигнут в Вене в июле 2015 года. Помимо этого, Москва и Тегеран обсудили развитие сотрудничества в атомной энергетике. Напомним, что по контракту на вторую очередь иранской АЭС (проект «Бушер-2»), подписанному в ноябре 2014 года, на площадке вблизи уже действующего энергоблока № 1 будут сооружены два блока российского дизайна суммарной мощностью 2100 МВт.

Если предшествующие темы носили больше двусторонний формат РФ-Иран, то в последних двух тематических обсуждениях тегеранского саммита немаловажна также роль Азербайджанской Республики. Так, в принятом по итогам встречи совместном заявлении стороны подтвердили значимость реализации международного транспортного коридора «Север — Юг». Как и год назад, главы РФ, ИРИ и АР подчеркнули необходимость скорейшего завершения строительства железнодорожной магистрали Астара (Иран) — Астара (Азербайджанская Республика). Участок является западной ветвью транспортного коридора «Север — Юг», который должен соединить действующие железнодорожные сети России, Ирана и Азербайджанской Республики. Данный транспортный коридор призван обеспечить транспортную связь между странами Балтии и Индией через Азербайджанскую Республику и Иран. Основными преимуществами транспортного коридора «Север — Юг» в сравнении с другими маршрутами, в частности перед морским маршрутом через Суэцкий канал, выделяются:

-  сокращение в два и более раза расстояния перевозок;
- снижение стоимости перевозки контейнеров по сравнению со стоимостью транспортировки по морскому пути.

В ходе саммита лидеры РФ, Ирана и АР отметили необходимость дополнительного стимулирования трёхсторонних экспортно-импортных потоков, упрощения таможенных процедур, сведение к нулю существующих барьеров на пути свободного движения товаров и услуг. На саммите были озвучены также идеи об увеличении доли национальных валют во взаиморасчетах, налаживании более тесных связей по линии финансовых и банковских учреждений, активизации задействования деловых круг трёх стран. Президент Ирана Х. Рухани заявил прессе, что хотел бы видеть российских инвесторов в трёхсторонних проектах. Желание иранского лидера не заставило себя долго ждать.

1 ноября «Роснефть» и Национальная иранская нефтяная компания NIOC заключили внушительное по стоимости и содержательному охвату соглашение. Подписана «дорожная карта» по стратегическим проектам в сфере нефтегазодобычи в Иране с общим объёмом инвестиций до $ 30 млрд. Очевидно, что крупнейшие экспортеры энергоресурсов (Россия и Иран) заинтересованы в наращивании сотрудничества в области нефтегазодобычи, особенно учитывая тот факт, что обе страны находятся под санкциями США и ЕС.

Говоря о «Каспийской проблематике», российский президент В. Путин назвал важным продолжение диалога по проблематике Каспия, способствуя скорейшему завершению работы над Конвенцией о правовом статусе Каспийского моря, который так и не был определён после увеличения числа прибрежных государств на Каспии с двух (СССР и Иран) до пяти после распада СССР – РФ, Казахстан, Туркменистан, Иран и Азербайджанская Республика. Президент Ирана Х. Рухани призвал «использовать Каспий как море мира», однако ресурсные богатства Каспийского моря (более 90% запасов осетровых, 85% икры, 44% мировых запасов озёрных вод, а также крупные запасы нефти и газа) стали камнем преткновения в достижении единого мнения по правовому статусу Каспийского моря. Если Туркменистан (фактически) принял эстафету у России, Казахстана и Азербайджанской Республики в вопросе разграничения Каспийского моря, то единственная сторона, которая не поддерживает принцип применения модифицированной срединной линии – это Иран. Тегеран выступает за «равноправный раздел» (1/5), то есть каждой прикаспийской стране по 20% территории Каспия. Сложно сказать, когда именно будет достигнут компромисс по Каспию и как он будет выглядеть, отметим лишь то, что отсутствие разграничения, периодически, приводит к серьёзным охлаждениям между прикаспийскими государствами, в частности между Баку, Тегераном и Ашхабадом.  

Ряд российских аналитиков активно спекулируют над такими вопросами, как «вступление Ирана и Азербайджанской Республики в ЕАЭС», «масштабные военно-технические договорённости» и «союзнические отношениях» между Москвой, Тегераном и Баку. Однако, мы считаем, что необходимо более прагматично и реалистично смотреть на трёхсторонние отношения, учитывая существенные разногласия между Москвой, Тегераном и Баку. Трёхсторонняя проблематика ощущается в некоторых вопросах, которые, на первый взгляд, могут ошибочно показаться несущественными. Мы во многом не разделяем, озвучиваемые чаще всего российскими экспертами, выводы о достижении тремя соседями по Каспию уровня отношений «стратегического партнёрства», считаем подобные оценки завышенными, или, в лучшем случае, преждевременными. Но что же тогда способствует сближению этих государств? Полагаем, что консолидация антииранских сил в регионе в сумме с другими факторами представляют для Ирана беспрецедентный по своей серьёзности вызов, а санкционный режим западных государств в отношении Российской Федерации лишь подталкивают ИРИ и РФ друг к другу, укрепляя взаимоотношения между Москвой и Тегераном, и всё более приближая последних к возможному стратегическому сотрудничеству, в котором Баку также будет наделён определённым статусом.
АНДРАНИК ОГАНИСЯН
372 reads | 15.11.2017
avatar

Մականուն:
Գաղտնաբառ:
Copyright © 2017 Diplomat.am tel.: +37491206460, +37499409028 e-mail: diplomat.am@hotmail.com